История управления уголовного розыска

ВЫПИСКА ИЗ ПРИКАЗА № 1
по Барнаульской городской милиции

Согласно распоряжению Временного Алтайского губернского революционного комитета я — Андрей Петрович Елькин, вступил в исполнение обязанностей комиссара Барнаульской городской милиции с сего числа: 12 декабря 1919 года

Елькин


Век уже минул почти с момента написания этих строк! Да какой век! Иной стране на всю историю существования хватило бы с лихвой. Но, как писал поэт, у России «особенная стать», и сказывается она везде и во всем. И вот мы вглядываемся в прошлое через призму времени, чтобы понять и осознать, чего же все-таки стоило все это? Каких жертв и трудов? Архивы, документы. Ни то, ни другое никогда не дадут полной картины.

Как легко, красиво и бескровно было победоносное революционное шествие молодой власти с запада на восток! Свобода, равенство и братство! И эшелоны с разваливающихся фронтов с бородатыми, усталыми, ошалевшими от политических агитаций и брожений солдатами, большинство из которых мечтали только об одном – как заживут по-новому, сыто и спокойно.

Потом, конечно, тряхнуло. Да так, что от тайги и до самых до британских морей гром пошел! Гражданская война полетела по стране кровавой каруселью, и нигде, в том числе в доселе тихой тыловой Сибири, не было возможности отсидеться, переждать, остаться в стороне. Революцию можно планировать в белых перчатках, а делать, и уж тем более защищать нельзя.

Еще в феврале 17-го года во многих городах горели полицейские участки, громились охранки. Из политических дел во дворах складывались костры. Все сжигалось! А уголовники? Да и они не дураки! Архивы сыска? В огонь все! Всю картотеку, все годами наработанные материалы, ибо теперь - свобода! Полная и безоговорочная.

Но что бы там, ни было приходит осмысление. Власти нужна защита. От внешних и внутренних врагов. И от уголовного беспредела в том числе.

5 октября 1918 года Постановлением коллегии Народного комиссариата внутренних дел РСФСР было учреждено в составе Главного управления милиции Центральное управление уголовного розыска (Центррозыск) с подчиненными подразделениями на местах.

На Алтае пока шла гражданская междоусобица, и «на местах» мелькали то колчаковские войска, то партизанские эскадроны, а то просто толпы озверевших бандитов, напитавшихся кровью, признающих только свои волчьи законы.

И вот не удержался Колчак, скатился, как вода с раскаленной печи, и надо было начинать строить обещанный новый мир, потому что старый действительно был разрушен почти до основания.

Оставались ли на Алтае профессиональные мастера сыска, когда в декабре 1919 года постановлением Губревкома был создан губернский уголовный розыск? Вряд ли! А и оставались бы, никто их не поторопился б пригласить на службу. У советских собственная гордость была – классовая. Происхождение, преданность и революционная сознательность, прежде всего!

У первого начальника губернского угрозыска Андрея Петровича ЕЛЬКИНА недостатка в этих качествах не было. Скорее, наоборот. Человек это был смелый, деятельный (сказывалась работа в большевистском подполье), и, что главное, неплохой организатор. Назначенный на пост комиссара Барнаульской городской милиции, он сумел за месяц к концу января 1920 года укомплектовать все ее участки и отделы.

Во главе угрозыска он тоже начинал с ноля. Ни специалистов, ни технической базы, ни нормального взаимодействия между подразделениями.

А что это было за время? За два года только в одном Барнауле от пуль и ножей бандитов погибло более пятидесяти милиционеров. Много было недовольных и среди обычного населения, особенно на селе, где красногвардейские отряды любыми средствами выбивали хлеб, выполняя планы по продразверстке. Крестьяне срывались. По всей стране сыпной оспой вспыхивали бунты и протесты. На Алтае тоже доставали из тайников оружие, да хватались за топоры и вилы. Какие уж тут раскрытия краж да ограблений? Главная задача милиции в то время и угрозыска в частности было обеспечение нормальной работы государственных и партийных учреждений, а так же оказание помощи в подавлении бунтов и выступлений против власти. А к любой смуте, как водится, всегда прибивается много лихих людей, которые себя чувствуют в этом беспределе как рыбы в воде.

Работа была адова. Работники милиции нередко оказывались между молотом и наковальней – властью и гневом народа. Внутриведомственная неразбериха тоже была еще та! В ведении управления милиции Алтайской губернии находились уголовный розыск, железнодорожная, речная и общенаружная милиция. Но никакого четкого разграничения компетенции между службами не было. Сотрудников угрозыска даже называли по-разному. В Барнауле, к примеру, – агенты, в Бийске – надзиратели. Подавляющее число сотрудников было малограмотно, а то и вовсе не умело читать-писать. Воевать и стрелять умели (с четырнадцатого года стреляли и воевали), а составить протокол под силу было не каждому.

Но эти люди, бывшие партизаны, ветераны мировой и гражданской войн, сделали свой выбор. В хаосе и неразберихе, когда казалось уже нет ни черного, ни белого, а только серое беспросветное месиво взаимной ненависти, они выбрали Закон и Правопорядок. Не ушли в банды за легкой поживой, не отсиживались за засовами в ожидании лучших времен, а встали на охрану и защиту победившей власти, а следовательно, и ее граждан. Не дали стране окончательно скатиться в средневековую тьму беззакония.

Уже в начале 20-х годов угрозыск постепенно отходит от политических дел, сосредоточивая силы на борьбе с бандитизмом, преступлениями против личности, хищениями, детской беспризорностью. Нехватка была во всем, даже в оружии. На четверых сотрудников угрозыска приходился один револьвер, и кто скажет, сколько человек из тех пятидесяти погибших в первые два года были вооружены, чтобы суметь дать отпор? Никто не был застрахован от пули, ни зеленый пацан-стажер, ни сам начальник угрозыска. Получил удар вилами и пулю из подворотни А.П. ЕЛЬКИН. Смертельным выстрелом был встречен из бандитской засады А.С. СТЕПАНОВ, сменивший ЕЛЬКИНА.

Но полюса обозначились. И чем дальше, тем четче. Противостояние началось. Оно продолжается и сейчас.

* * *

Были мокрушники, медвежатники, фармазонщики, сонники, конокрады, щипачи, голубятники и т.д. и т.п. И было этого «добра» хоть отбавляй. Вроде клопов за обоями. В глаза не бросаются, а житья не дают.

«Малины» процветали, и за междоусобными разборками, за дележом территории и авторитета начало происходить самое худшее – банды стали договариваться о четких совместных действиях против органов, стали организовываться. Оружия у них хватало, наглости тоже. Да и «рекрутов» было предостаточно – сотни и тысячи беспризорников подрастали как трава на обочине.

В 1922 году, когда во главе угрозыска встал А.С. СТЕПАНОВ, в Барнауле каждый день совершались дерзкие налеты, грабежи, гремели выстрелы, убивали людей. Особенно лютовала банда Пименова. Многочисленная, хорошо организованная. Фарт шел бандитам. И действовали они нагло, с размахом. Имелся в милиции и свой человек, который был прекрасно осведомлен обо всех готовящихся операциях угрозыска и исправно передавал всю информацию Пименову.

Ухватки у бандитов во все времена были одинаковы – если не купить, то убить! СТЕПАНОВА купить не удалось, и 6 марта 1922 года при взятии банды он и его товарищи попали в засаду. Планы операции бандитам сдал затесавшийся в ряды милиционеров предатель. В начавшейся перестрелке агент СЕРГЕЕВ и сам СТЕПАНОВ были убиты.

На войне случались такие бои, когда необстрелянный солдат, если выживал, через два дня становился опытным воином. Та ситуация в начале 20-х годов для угрозыска действительно походила на военные действия. И надо было учиться выживать и делать дело. Делать умно, грамотно и безжалостно по отношению к преступникам.

Они появились, такие сотрудники, чьи имена история донесла до нас бережно и почтительно. Их обостренное чувство справедливости и собственной ответственности, их фанатичная, если угодно, преданность делу легла в моральный фундамент уголовного розыска!

Вспомним начальника Уйманской милиции А.В. ЧЕРНОВА, который за самоотверженную борьбу с вооруженными бандотрядами первым из работников алтайской милиции был награжден орденом Красного Знамени.

Вспомним агента угрозыска МИХАЛКИНА, сумевшего в одиночку взять опаснейшего рецедивиста. Предложенная МИХАЛКИНУ крупная взятка была отвергнута, тогда преступник во время конвоирования на полном ходу выпрыгнул из окна поезда, и МИХАЛКИН, не раздумывая, выпрыгнул следом за беглецом. И догнал, несмотря на полученные травмы.

Вспомним Ивана БОРОДИНА, получившего в 1922 году серьезные ранения при задержании вооруженных бандитов. Спустя два месяца, едва встав на ноги, он выходит на след преступников, совершивших убийство, и один арестовывает двух вооруженных воров-рецедивистов. В 1923 году снова ранение, госпиталь и опять в строй!

Да, с помощью именно таких людей и смогли в итоге переломить ситуацию! А она к 1925 году накалилась до предела, вплоть до введения в некоторых районах особого положения. Позиционная борьба не могла принести успеха. Требовались слаженные сильные меры.

Не впустую прошли эти годы, не напрасны были жертвы. Уже научился угрозыск планировать и проводить операции. Максимальное количество уголовного элемента было взято под наблюдение, устанавливались местонахождения «малин», выявлялись притоны и воровские явки. На этот раз информация о готовящейся операции не просочилась и в ночь с 20 на 21 сентября 1925 года в Барнауле, Бийске, Камне, во всех крупных уездах началась настоящая зачистка. Это был нокаут. В одном только Барнауле было задержано 120 преступников всех мастей. Активизация борьбы с бандитами, проведение многоплановых, многоходовых операций, требующих максимального напряжения и сил, требовала от сотрудников угрозыска немало героизма и мужества. Но это досталось дорогой ценой! От рук бандитов погибли начальник УР Алтайского райотдела милиции Я.А. БОЛОТОВ, начальник УР Ключевского отдела милиции П.С. КИСИЛЕВ, сотрудники губернского УР Ф.Н. СЕРГЕЕВ, А.Д. РУНОВ, С.С. ТАБАРИН. Светлая им память!

За относительно небольшой промежуток времени уголовный розыск сделал качественный скачок. Появились опытные, по-настоящему талантливые сыщики, умеющие распутывать сложные головоломки, организовывать агентурные связи, работать с населением. Авторитет службы рос, люди начинали верить и видеть в угрозыске свою защиту.

В 1931 году произошли очередные изменения в административном делении. Образованный в 1925 году Сибирский край был разделен на Западно-Сибирский и Восточно-Сибирский. Округа упразднялись и устанавливалось прямое подчинение районов и городов краевым центрам. Тогда же решением СНК СССР принимается «Положение о Рабоче-крестьянской милиции», определяющее ее правовое положение. Это дало возможность провести структурную перестройку. В уголовном розыске во всех районных отделах вводятся должности оперативных работников.

После образования в 1937 году Алтайского края, создается краевое управление НКВД, в подчинение которого входят 55 городских и районных отделений, а также управление Ойротской автономной области с девятью отделениями. Для комплектации управления из центральных областей России направляются опытные работники милиции – И.Ф. ВОРОБЬЕВ, он занимает пост начальника управления и начальник ОУР М.С. Гаголин, заместителем которого становится А.Л. ДЮБЧЕНКО, руководивший до этого Топчихинским райотделом милиции.

Краевой ОУР насчитывал четыре отделения:

первое занималось раскрытием убийств и других тяжких преступлений. Руководитель ШАРОВАТОВ.

второе раскрывало кражи личного и государственного имущества. Руководитель ОРЛОВ

третье занималось поимкой мошенников, хулиганов, насильников. Руководитель ПАВЛЕНКО.

четвертое занималось карманными ворами, коих было в ту пору великое множество. Руководитель СОЛОВЬЕВ.

Следственную группу возглавлял ПОДГОРНЫЙ, розыскную работу в отделе вел СТАРОДУБЦЕВ. Всего штат ОУР края насчитывал 31 человек, включая двух кинологов, секретаря отдела и машинистку.

Городские отделения милиции, а их в Барнауле было в то время три, постоянно ощущали острую нехватку кадров. Оперуполномоченные, что называется, «зашивались» в огромном объеме работы, и сотрудники краевого ОУР постоянно приходили к ним на помощь. Опять же грянули с 1936 года всевозможные «чистки», да поиск врагов, в том числе и в рядах самих органов. В 1938 году были арестованы начальник Управления рабоче-крестьянской милиции по Алтайскому краю И.И. ВЕЙНБЕРГ, начальник отделения уголовного розыска в составе ОУР УРКМ УНКВД А.Ф. МУДРОВ, заместитель начальника ОУР С.Н. ИЛЬИН. Сотрудников уголовного розыска обвинили в антисоветской деятельности, участии в контрреволюционной правотроцкистской террористической организации. Согласно показаниям ВЕЙНБЕРГА, характеризовавшего начальника ОУР ГАГОЛИНА, как человека слабохарактерного и ограниченного, всеми делами в то время заправлял ИЛЬИН. Дело, заведенное на сотрудников угрозыска, оказалось «дутым». В 1939 году Сергей Николаевич был освобожден за недостаточностью улик. В 1968 году Постановлением Управления Комитета госбезопасности при Совете Министров СССР по Алтайскому краю он, ветеран-гвардеец, был полностью реабилитирован. Но сам факт арестов руководителей такого ранга, свидетельствует, что колесо репрессий в равной степени катилось и по самим правоохранительным органам. Угрозыск, как составную часть НКВД постоянно подтягивали заниматься делами, несвойственными этой службе, даже если дело касалось ее бывших начальников.

Между тем, как одно из решений острой кадровой проблемы было создание еще в 1932 году бригад содействия милиции (БСМ). Действовали они вплоть до 1959 года, и сменились добровольными народными дружинами. БСМ действительно оказали большую помощь милиции, поддерживая общественный порядок, борясь с уголовщиной. Стоит сказать, что к 1941 году численность бригадмильцев на Алтае составляла около 10 тысяч человек. Это целая армия, сотни бойцов которой были отмечены за бескорыстную помощь приказами на местах. К тому же это была идеальная кузница кадров. Многие молодые люди, начиная в БСМ, впоследствии связывали свою судьбу с работой в милиции.

* * *

В июне 1941-го страну черным крылом накрыла всеобщая беда. Она пришла в каждый дом, коснулась всех, и очень скоро стало ясно, что преодолевать эту беду придется ценой колоссальных жертв и усилий. Это была не просто война на завоевание.

Это была война на уничтожение. И естественной встречной реакцией всего народа стала мощная волна патриотизма, когда все личное отходит на второй план.

Танковые клинья фашистов еще только начинали рвать нашу землю, а уже четверть личного состава алтайского угрозыска уходила на фронт добровольцами. Вместе с тысячами рабочими, крестьян, служащих, студентов, таких же добровольцев, Алтай провожал их, своих сыновей, на защиту Родины.

Там, на горящих плацдармах 41-го они приняли первый удар. Всего за годы войны в Красную армию было призвано более 60% личного состава уголовного розыска. Летом 1942 года, когда началось формирование Алтайской добровольческой отдельной сталинской бригады, сотрудники милиции практически все, без исключения, подали рапорта о зачислении в ее состав. Разумеется, всех взять не могли. И так более двух тысяч алтайских милиционеров бились на всех фронтах Великой Отечественной. В блокадном Ленинграде работало около двухсот наших земляков, сотрудников угрозыска, которые переносили все тяготы и лишения осажденного города наравне с его жителями.

Все они с честью выполнили свой долг, отстояв свободу и независимость Родины. Ценой невероятных усилий и лишений, ценой беспримерного мужества и жертв, ценой собственных жизней.

Были поистине легендарные личности. Такие, как ветеран уголовного розыска бывший заместитель начальника ОУР Сергей Николаевич ИЛЬИН.

В 1943 году гвардии майором он в качестве старшего парламентерской группы был направлен в штаб окруженной армии Паульса с условиями капитуляции. Хваленый гитлеровский фельдмаршал, как известно, эти условия принял. И было в этом что-то от «чистосердечного признания» и «явки с повинной», на которые спешили соглашаться прижатые к стенке преступники, которых Сергей Николаевич ловил до войны, будучи заместителем начальника краевого управления угрозыска. Только на этот раз «банда» была численностью более чем сто тысяч.

Гвардии майор ИЛЬИН с боями дошел от берегов Волги до самого Берлина. Принимал участие в штурме Рейхстага, и вместе с тысячами других советских солдат-победителей оставил свой автограф на его «тысячелетних» стенах.

Не менее славный боевой путь прошел и бывший оперуполномоченный уголовного розыска УВД Алтайского края Михаил Федорович НЕРЕТИН. На фронт он прибыл в 1942-м, когда наши войска буквально вгрызались в землю под натиском фашистской лавины, и набатом звучал приказ «Ни шагу назад!» Михаил Федорович прошел всю войну, оставаясь на передовой до самой Победы, которую встретил в звании генерал-майора.

Но и здесь, на Алтае, в тылу тоже был свой фронт. Невидимый, но опасный. И биться на этом фронте тем, кто остался, предстояло теперь в меньшинстве, выполняя работу и за себя, и за ушедших товарищей. Людей, особенно опытных, знающих дело, катастрофически не хватало. Органы были обескровлены.

Тем не менее перед милицией стояли задачи, четко обозначенные Указом Совнаркома СССР и ВКП(б) от 29 июня 1941 года: надежная охрана заводов, электростанций, мостов, телефонной и телеграфной связи; беспощадная борьба с дезорганизаторами тыла, паникерами и распространителями ложных слухов, дезертирами, самострельщиками-уклонистами, вражескими шпионами и диверсантами. И за выполнение этих задач спрашивали по всей строгости военного времени.

А эвакуация прибывала на Алтай. День и ночь шли эшелоны, привозя не только тысячи гражданских людей, но и целые фабрики, и заводы. Буквально с колес, под открытым небом, они начинали давать свою продукцию фронту. И все это надо было охранять и оберегать, и заниматься тысячами других дел. По 16 часов в сутки, без выходных, без нормального сна, на полуголодном пайке.

Оживилось, почувствовало ситуацию всевозможное отрепье, не имевшее никогда ни флага, ни Родины... Как волки, чья численность без отстрела всегда начинает угрожающе расти, они сбивались в свои стаи. Среди них много было дезертиров и уклонистов, прячущихся от военкоматовских повесток. Эти банды грабили, убивали, держали в страхе целые районы, ползали, как вши по горам и лесам, скрываясь от закона и ответа за свои деяния. В степных зонах было спокойней, там сложнее прятаться, а в таких районах, как Алтайский, Косихинский, Солонешенский и другие, вооруженные бандитские группы отсиживались после дел на различных заимках, по щелям и землянкам. Они берегли свои жизни, питали себя, отбирая последнее у женщин, стариков и детей, чьи сыновья, мужья и отцы бились и умирали на фронтах.

Эту нечисть необходимо было уничтожать.

В 1942 году начальника краевого ОУР М.С. ГАГОЛИНА, сменяет в должности А.Л. ДЮБЧЕНКО, в этом же году сотрудниками краевого уголовного розыска совместно с работниками местных органов милиции, были разработаны и проведены ряд операций, в результате которых большинство банд ликвидировано. Неоднократно благодаря бдительности милиционеров и служащих граждан выявлялись настоящие немецкие шпионы и диверсанты. Так, в августе 1942 года милиционером БАЖЕНОВЫМ при проверке документов в заезжем доме Павловска был задержан неизвестный, оказавшийся агентом вражеской разведки. В Рубцовске начальник паспортного стола горотдела милиции Е.А. МОГИЛЕВА выявила другого шпиона, пытавшегося по фиктивным документам получить паспорт. В Волчихинском районе оперативными работниками РОМа, во главе с начальником Д.А. САШКОВЫМ были разоблачены двое диверсантов. Каждая такая ликвидация предотвращала много бед.

Тем временем в городах огромный приток эвакуированных, голод и неустроенность, подростковая безнадзорность и беспризорность также спровоцировали резкий скачок преступности. Появилось много мошенников и аферистов, мелкие кражи накрыли волной рынки и базары.

Так называемая «элита» уголовного мира, горделиво именующая себя ворами, нагуливала жирок, «подламывая» продуктовые склады и магазины, вынося из квартир у людей последнее добро. Зачастую воровские группы организовывались в крупные опасные банды, не останавливающиеся ни перед чем. Вот лишь два примера.

В первый год войны в Барнауле орудовала многочисленная воровская банда, во главе которой стоял некий Шахмурат. Под «крылом» этого «законника» сидело и выползало на дела 32 человека. В составе банды присутствовал весь набор; и беглые из мест заключения, и мошенники, и дезертиры. У всех были выправлены надежные документы, полученные за взятки через секретаря, паспортиста и делопроизводителя Алейского ЗАГСа.

Сотрудниками краевого уголовного розыска все члены этой банды были установлены, отработаны, и в ноябре 1942 года переловлены до единого.

Еще одна крупная банда, насчитывающая одиннадцать матерых преступников, на совести которых помимо грабежей, было убийство двух сотрудников милиции, получила по заслугам осенью 1944 года. Ее главарь Гаманицин вместе с особо отличившимися сообщниками получили высшую меру.

Это в городе. В районах острой головной болью оперативников были скотокрады. В 1944 году в ряде районов с особым размахом действовали цыгане, создавшие группировку, практикующую именно этот вид преступления. Из колхозных стойл и с подворьев граждан исчезали коровы и лошади. Ромулы уводили их, переправляя в соседний Казахстан, чуть ли не стадами и табунами. Милиция гонялась за ними по всем степям. И даже в момент задержания у цыган было пять угнанных коров и четырнадцать лошадей.

Волна преступности, поднявшаяся в тяжелые военные годы, разбилась о мужество, самоотверженность и верность долгу сотрудников милиции. И уголовный розыск был в этой борьбе в первых рядах. У краевого отдела не было даже автомобиля, весь транспорт – три велосипеда (грузовик ответственного дежурного УВД использовался только в случае крайней необходимости), их рабочий день был не нормирован, каждое задержание могло закончиться перестрелкой, или бандитской засадой. Но они работали, и если этого требовала ситуация, не раздумывая шли под пули.

Правоохранительные органы наносили ответные удары, действуя широкомасштабно и согласованно. В годы войны практика облав, проверок подворьев, прочесывания горнолесных массивов приносила исключительно положительные результаты. В декабре 1944 года сразу во всех городах края и рабочих поселках были разом проведены проверки более семисот сомнительных мест. В результате задержали более пятисот человек. При тщательной проверке двести из них было арестовано за совершенные ранее преступления, а еще сто семьдесят семь взято на оперативный учет.

В неимоверно трудных условиях, когда не хватало ни людей, ни средств, уголовный розыск края с 1943 года согласно указанию НКВД СССР начинает подготовку сотрудников для работы на освобождающихся от оккупации территориях. Для этого вводятся дополнительные должности практикантов, которые постигали оперативное мастерство в реальных делах. За пять лет к 1948 году, таким образом, было подготовлено и направлено на работу на Украину, в Белоруссию, Прибалтийские республики более двух с половиной тысяч сотрудников.

* * *

Это уже исторический факт – 9 Мая 1945 года в крае не было зафиксировано ни одного преступления. Ни одного!

Тем не менее, и в этот великий день, когда вся страна ликовала, милиция действовала в усиленном режиме работы. А было в ее рядах уже немало фронтовиков, которые добывали эту Победу на переднем крае, и у них, как и у тех, кто нес огромную нагрузку, оставаясь на работе в тылу, также радостно рвалось из груди сердце. Но практически все они оставались в этот день в нарядах, с чувством особой ответственности охраняя правопорядок. И все прекрасно понимали, что их фронт остается с ними, и борьба на нем предстоит еще очень долгая и тяжелая.

В конце войны и первые послевоенные годы в краевой уголовный розыск края пришло много достойных людей. Эти закаленные боями и сражениями люди органично и успешно вливались в работу по борьбе с преступностью, находили в ней свое призвание, добивались высоких результатов. Имена таких мастеров сыска, как М.И. ДЖУМИГО, А.М. АФАНАСЬЕВА, М.А. ДОРОФЕЕВА, М.Я. ДУБИНЫ, И.К.КОБЗЕВА, В.Г. ИВАНОВА, П.Я. ШЕРСТОБИТОВА, И.Е. МИНАКОВА, М.Ф. ШМАКОВА, А.А. РОЗИНКИНА, М.Я. ДУБИНА, А.М. АФАНАСЬЕВА, И.К. КОБЫЗЕВА, А.А. РОЗИНКИНА вошли в золотой фонд истории Алтайского уголовного розыска. По многу лет отдали службе уголовного розыска фронтовики и те, кто оберегал покой и порядок в тылу: Н.Ф. АКУЛОВ, П.Н. БУДЯНСКИЙ, Л.П. ГОРЕЯВЧЕВ, А.М. ДОРОГАНОВ, И.И. ЖЕРДЕВ, В.М. ЖУЛЬДИКОВ, А.Я. ЖУРКОВ, Г.Ф. ЗВЕРЕВ, А.И. ЗВЯГИНЦЕВ, И.В. ИГНАТОВ, В.И. КОЖЕВНИКОВ, B.C. КОЗЛОВ, А.В. КОСТЕВ, И.Д. КРАСНИКОВ, B.C. КУЦ, М.Н. ЛОЖКОВ, Г.Н. ЛОМОВ, И.Д. МОХНИН, В.Т. МЯЧИКОВ, А.И. НЕФЕДОВ, Н.И. ПАНТЕЛЕЕВ, А.С. ПАРЧАГИН, А.И. САВИНОВ, М.С. ТИХИЙ, В.М. ТРЕТЬЯКОВ, A.M. ТУРОВ, И.С. УШАКОВ, Г.В. ЧЕРНЫХ, М.И.ЧЕРЕПАНОВ, И.А. ШАДРИН, Д.А. ШАТОВ, A.M. ШАФРОСТОВ.

Все эти люди навечно вошли в историю алтайского угрозыска, как яркий пример беззаветного служения делу. Их высочайший профессионализм, находчивость, потрясающая интуиция, стали образцами для подражания всех новых поколений сотрудников.

Война оставила тяжелое наследие. Экономика, четыре года жившая нуждами фронта, перестраивалась на мирную жизнь. Страна поднималась из разрухи ценой невероятных усилий и жертв.

В Алтайском крае оперативная обстановка оставалась сложной. Начавшееся освоение целины в какой-то степени повторило на ситуацию с эвакуацией. Население края резко увеличивалось за счет прибывающих на работу людей. Много было молодежи, которую власть не имела возможности как-то устроить в жилищном и бытовом плане. И вскоре начался естественный отток населения из сельской местности в города. Эта тенденция, начавшаяся после завершения целинной эпопеи, определила проблему на долгие годы. Особенно сильна она была в течение 60-х - начале 70-х годов. В этот период городское население края увеличилось на 500 тысяч человек. Темпы строительства не успевали обеспечить жильем такое количество людей. Сухая статистика уголовных преступлений выросла почти вдвое. Намного чаще ранее привлеченные к уголовному наказанию шли на рецидив. Пьянство, неизменный спутник различных правонарушений, приобрело угрожающие масштабы. Уличная подростковая преступность росла.

Активировались и «профессионалы». Воры-рецидивисты, бандиты с их нехитрой блатной философией «бей-хватай-гуляй-прячься» стали объединяться в устойчивые преступные группы, совершая дерзкие кражи, ограбления и разбойные нападения, после которых нередко оставались убитые. Много неприятностей причиняла оперативникам и возросшая преступность среди цыган.

В этой ситуации уголовный розыск работал с максимальной нагрузкой, но спрашивалось с его сотрудников все строже и строже. Власть предпочитала видеть в росте преступности не экономические и социальные проблемы, а слабую подготовку правоохранительных органов. Уголовный розыск, как скальпель хирурга, вырезал одну опухоль, но на ее месте появлялись новые. Это сейчас по прошествии многих лет принято считать то время «застойным», когда все было спокойно и стабильно. Для милиции это время было стабильно неспокойным!

Понимая, что для более эффективной борьбы с преступностью правоохранительные органы требуют усиленного
внимания, правительство начинает принимать меры по укреплению органов внутренних дел. Заметно улучшается материально-техническая база, растет число сотрудников с высшим юридическим образованием, увеличиваются штаты.

Уголовный розыск края постоянно совершенствовал структуру своего аппарата, искал новые методы оперативной работы, проводил скрупулезный анализ криминальной обстановки. Как никогда активно стала применяться тактика упреждения. Для этого по всем основным проблемным направлениям был разработан ряд долгосрочных программ и спецопераций.

Одна из таких операций под кодовым названием «Замок» принесла столь положительные результаты, что была внимательнейшим образом изучена в Главном управлении МВД СССР, где с докладом выступил заместитель начальника краевого УВД А.М. ДОРОГАНОВ, и министерство настоятельно рекомендовало перенять опыт алтайской милиции другим регионам.

Успех подобных операций напрямую зависел от правильно выбранной тактике, четкости исполнения и поэтапности. «Замок», прежде всего, предусматривал современное надежное техническое укрепление всех объектов, представляющих лакомый кусок для воров и грабителей, а также учет, разработку и профилактику всех лиц, ранее совершивших имущественные преступления.

Неуютно сделалось ворам. Фарт ушел. Даже если и не ловили их по «горячим следам», то вытаскивали по цепочке, звеньями которой они являлись.

Такая же планомерная тактика масштабного наступления на преступность шла и в других направлениях.

По предупреждению и раскрытию убийств и других преступлений против личности, совершаемых в семьях, была проведена операция «Быт», позволившая значительно снизить так называемую «бытовуху», стабилизировать ситуацию, защитить жизнь и здоровье граждан.

Комплекс проведенных оперативных и профилактических мер «Подросток» был направлен на предупреждение и предотвращение преступлений среди несовершеннолетних.

Чтобы счастливые автовладельцы могли спать намного спокойнее, была проведена операция «Автомобиль», в ходе которой было предотвращено и раскрыто много угонов.

Неотвратимость наказания – лучшая профилактика. Попался один, попался второй, третий начинает задумываться, а стоит ли его свобода так дешево? Разработкой и проведением этих и других операций занимались лучшие сотрудники краевого уголовного розыска тех лет: А.Г. БАБАК, В.В. ГУСЕВ, Н.В. ГУК, А.Е. ВЯТКИН, И.Е. МИНАКОВ, М.А. ДОРОФЕЕВ, В.В. АНИСИМОВ, В.А. РОЗИНКИН, И.Ф. НЕЗНАМОВ, В.Ф. ЛОБАНОВ, Н.И. КОНЕВ, В.А. МАРЧЕНКО и другие.

Усилиями этих людей и их коллег оперативно-разыскная деятельность в борьбе с преступностью превратилась в мощный, хорошо отлаженный механизм. Уголовный розыск уже не сравнивал счет, догоняя и исправляя, а был на шаг впереди, прекрасно владел ситуацией, постоянно наращивал комплексную работу, создавая слаженные оперативно-следственные группы УВД, действующие на самом высоком профессиональном уровне. Показатели по предотвращению и раскрытию преступлений уверенно росли, превысив прежние в два, а то и три раза!

И преступность пошла на спад! До конца 80-х годов краевой уголовный розыск работал стабильно и уверенно. Были, конечно, трудные дела, которые приходилось распутывать долго, были и промахи, и ошибки, но общая картина складывалась в пользу правоохранительных органов.

* * *

На закате Перестройки в журнале «Крокодил» была опубликована карикатура; лихие братки в золотых цепях, с «пушками» и рациями несутся по городу на иномарке, а за ними, теряя на ходу запчасти, рвет последние жилы старенький милицейский «уазик». «Подножми!» - кричит старший группы. «Не могу! Лимит бензина кончается!» - отвечает водитель.

Развал великой страны, крах экономики, пустые прилавки, неопределенность и неуверенность в завтрашнем дне - все это дало начало к новому, очень сильному и жестокому всплеску криминала. Западный образ жизни, его ценности, отразились в нашей голодной действительности, как в кривом зеркале. Доллар стал самой желанной вещью на свете, мерилом добра и зла, жизни и смерти, и среди молодежи, потерявшей ориентиры, появился новый герой времени – бандит.

Знаться с бандитами стало модно, дружить почетно, быть самим бандитом едва ли не героизмом. Вскоре страна буквально захлебнулась в криминальной теме. Радио, газеты, телевидение, книги. Блатной сленг, всегда присутствующий у определенной части молодежи, стал активно дополняться новыми словами, и вскоре они как сорняки забили речь всего подрастающего поколения.

Романтика бандитизма, рэкета, суперменства дорогого стоила. Тысячи парней, нередко талантливых и перспективных, ушли скользкой дорогой криминала, которая привела их кого на зону, а кого под могильный камень. «Авторитеты» и «паханы» пузырились от прибылей и новых возможностей, подминая под себя все, что только можно, от рынков до промышленных гигантов. Бандитские войны меняли одна другую, напоминая уличные бои с применением гранатометов и автоматов. Преступные сообщества вылезали, прорастали на этой почве, как грибы. Иные до гигантских размахов. Организованная преступность пустила свои метастазы в экономику, быт сервис. Все, что приносило прибыль, бралось под контроль. Наркотики, проституция, торговля оружием, людьми, заказные убийства, разбой и грабежи катилось комом, разрастаясь, ломая жизни и судьбы людей.

Помимо прочего распад Союза спровоцировал множество межнациональных конфликтов. Карабах, Фергана, Абхазия, Приднестровье, Таджикистан… Термин «горячая точка» плотно вошел в журналистский обиход. В самой Москве танки прямой наводкой били по парламенту. А в Чечне уже готовилась, вооружалась преступная армия Дудаева.

Правительство плохо контролировало ситуацию и предпочитало отбиваться от проблем раздачей суверенитетов и широких полномочий, превращая по сути каждый регион в удельное княжество.

Армия и правоохранительные органы оказались в этой ситуации в бедственном положении. Финансирование не отвечало даже самым минимальным потребностям, зарплаты сотрудников съедала инфляция, и именно в те годы покатились волнами ложь и преднамеренная дискриминация работы милиции. Появилось множество фильмов и криминальной макулатуры о честных, благородных бандитах и «ментах-беспредельщиках». Доходило до того, что некоторые милиционеры, уходя домой, предпочитали переодеваться в гражданское, стыдясь своей формы, и опасаясь нападения какой-нибудь пьяной стаи шпаны. Сотрудники месяцами не получали денежного довольствия, работая на одном энтузиазме. Все это не могло не сказаться на общей картине, и из служб начался отток кадров. Сотни специалистов в эти годы уволились из органов внутренних дел, что неминуемо привело к ощутимому ослаблению профессионального ядра.

Весь груз ответственности за состояние дел по борьбе с преступностью лег на плечи тех, кто руководил в этот сложнейший переходный период краевым уголовным розыском. Д.И. БАТРАК, А.А. ТРОЩИНСКИЙ, Н.Н. ШИШКИН, Г.Н. ПАНИН, Е.Г. ЕФРЕМОВ. Их волю и самоотверженность не могли сломить никакие трудности. Своим личным примером, умением организовать службу в изменившихся условиях, они противопоставили криминальному разгулу мастерство, мужество и верность долгу. И они одержали победу. Не могли не одержать!

Уголовный розыск всегда славился не только умением быстро ориентироваться в создающихся сложных ситуациях и находить решения по их преодолению, но и верностью своим традициям, бережным отношением ко всему, что является заслуженной гордостью. Угрозыск помнит свою историю, помнит людей, чьи имена вписаны в нее красной строкой, чья жизнь отдана борьбе с преступностью, чей опыт поистине бесценен!

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2019, МВД России